Суббота, 01 Март 2014 17:11

Перед этим горем гнутся горы...

Автор 

Ирина Антошевская (Липецк)

Первое знакомство с моей родословной произошло около года назад, когда дедушка рассказал мне о жизни своих родителей.

Мой прапрадед по отцовской линии - Антошевскй Федор Фаддеевич, 1861 года рождения, был верующим, образованным человеком, любил музыку, хорошо играл на скрипке. Сам он из мещан, долгое время служил поваром у Митрополита Минского и Слуцкого. Прапрабабушка моя Зося родом из белорусской семьи, верующая, не работала, а вела домашнее хозяйство, воспитывала своих детей, а затем и внуков, когда они родились. Она умерла в Москве и похоронена на Ваганьковском кладбище.

Всего у Федора Фаддеевича и Зоси было четверо детей: Петр родился в 1897 году, а 27 августа 1901 года родилась двойня: девочки Елена и Фаина. Прадед Афанасий был старшим и всегда помогал младшим. О нем и пойдет речь в этой главе.

antoshevskie-1

На фото: Вверху - Афанасий и Пётр, в центре - Зося и Фёдор Фаддеевич, внизу - Фёкла и Елена.

Антошевский Афанасий Федорович родился 18 января 1887 года в белорусской семье мещан в городе Слуцке (80 км южнее г. Минска). По-белорусски его называли Апанас, а в семье - Фоня . В детстве он переболел «черной оспой» и на всю жизнь остался с небольшими рябинками на лице. Учился в гимназии, потом закончил Слуцкое городское педучилище, направлен был в Приамурье, где и учительствовал, потом поступил в пединститут и работал народным учителем в местечке возле Ошмяны. Учебу и работу прервала Первая Мировая война - Афанасия Федоровича отправили на фронт. Когда началась Гражданская война, он в рядах Красной армии сражался за освобождение Белоруссии от белополяков и немцев. Был одним из организаторов Советов в Слуцке. После окончания войны он уезжает в Москву и забирает мать и двух сестер - близнецов Елену и Фаину. А когда Белоруссия вошла в состав СССР, его направили на работу в постоянное представительство Совета народных комиссаров БССР при Совнаркоме СССР в должности советника.

Мой дедушка рассказывал мне, что его отец был высоким, статным, симпатичным мужчиной. Дети никогда не видели его выпившим, не курил. С родственниками был внимательным и нежным. Юность его прошла в войнах революции, поэтому поздно женился (после 30 лет). Взял в жены землячку Ревекку Абрамовну Кулаковскую. В их семье был один сын и девять дочерей. Все они погибли в Великую Отечественную войну. Как члена партии прадеда использовали на многих работах, так как тогда образованных коммунистов было мало. В Москве он жил в здании Постпредства, где и родился мой дедушка Антошевский Ким Афанасьевич (8.08.1923), а через год - его брат Спартак (3.08.1924). Уже в 1925 г. у прадеда были какие-то неприятности с местным руководством (какие - не удалось узнать), за что его исключили из партии и отозвали в Минск. Зося этого не выдержала и умерла. В том же году Ревекка Абрамовна умерла от брюшного тифа. На каких должностях работал прадед в Минске, пока мне установить не удалось: в войну архивы пропали.

Самое раннее детство в Минске помнится Киму не совсем отчетливо, но из бесед с людьми, близко знавшими его отца, он сделал вывод, что прадед добивался восстановления в партии, считая, что его исключили необоснованно. И своего он добился: в 1928 году был восстановлен, и ему выдали новый партийный билет. Работал он тогда в аппарате Совнаркома. И дедушку Кима, а затем и Спартака определили в школу. Как-то раз прадед завел разговор с детьми о том, что он хочет жениться, и они поддержали его решение. Свадьба была очень скромной, народу было немного. Мачеху ребята называли по имени и отчеству - Анной Васильевной. Подарком на свадьбу новой семье стала двухкомнатная квартира с удобствами. Дом был новый, соседи хорошие, по хозяйству наняли домработницу. Жили очень дружно, учились хорошо.

antoshevskie-zosya

Зося Антошевская, урожд. Позднякович.

Но недолго длилось их благополучие. Начались годы репрессий. Эти события не обошли стороной и нашу семью. В доме постоянно царило тревожное чувство. Начался беспредел: то одного арестуют, то другого, причем не только из служащих, но и рабочих и пограничников. В доме все чаще шли разговоры о произволе, творимом с арестантами; говорили: «Жалко, что об этом не знает товарищ Сталин, он бы навел порядок и восстановил справедливость».

Через некоторое время Ким и Спартак стали замечать: за их домом наблюдает какой-то незнакомый парень лет 20-25, а их друг Карпов сказал, что это сотрудник НКВД. Дети рассказали об этом отцу. Хотя он был очень обеспокоен, но старался убедить их, что с ним ничего не случится. И вот 1 июня 1937 года его исключили из партии. Взрослые понимали, что теперь надо ждать ареста. Прадед ходил весь почерневший, с ввалившимися глазами, почти ничего не ел, плохо спал. Анна Васильевна успокаивала его, как могла, но каждый звонок, каждый стук в дверь заставлял их вздрагивать. Дети не теряли надежду, хотя часто видели, как, сгорбившись, неимоверно печально Анна Васильевна сидела на диване и все причитала: «Это конец, конец, конец...». И, действительно, это был конец. Больше о прадеде никто ничего не знает.

Прочитано 16245 раз
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии